Автор: medb
Персонажи: оригинальные персонажи-АНБУ; на фоне упоминаются некоторые канонические персонажи старшего поколения
Жанр: action, angst, romance, humour (все в слабо выраженном виде)
Рейтинг: PG-13
Саммари: «Очень редко случается так, что вся команда (с сенсеем или без) проходит один путь и так и остается командой – до смерти одного или всех участников».
Дисклэймер: Мир и канонические герои принадлежат Кишимото Масаши.
Примечание: написано на Naruto-fest 2008 для Sumiregava
текст заявки С трепетной благодарностью приму что угодно о какой-нибудь группе АНБУ, все в которой - ОМП. На второстепенных ролях кто угодно из старшего поколения Конохи.
От автора: Прости, пожалуйста, из-за своей крайней рассеянности я заметила, что требовались исключительно ОМП, только когда была готова уже половина текста ^^”
читать дальшеСтихия пламени, когда она чиста, – это установления. Стихия воды, когда она чиста, – это мудрость. Стихия земли, когда она чиста, – это мысль.
...Если же мужчина превращается в женщину, а женщина превращается в мужчину – это значит, что стихии сменяют друг друга.
Гань Бао, «Записки о поисках духов»
All for one and one for all!
We’ll fight together,
And when we fight we’ll fight together,
Not alone!
Blackmore's Night
Тени мелко дрожали, словно живые, и, казалось, готовы были в любое мгновение разбежаться по всем четырем сторонам света. Слабый ветер негромко шелестел желтыми листьями, и от этого тени дрожали сильнее. Разноцветные пятна света чередовались друг с другом, словно фрагменты мозаики, и это постоянное мельтешение утомляло взгляд, ослабляло бдительность...
Впрочем, Ястреб привык не полагаться на зрение.
Толстая ветка упруго спружинила под ногами, когда он перепрыгнул на следующее дерево. Сзади слышалось напряженное дыхание Лиса. Рысь, как всегда, вырвалась вперед.
Сколько раз уже за последние два года им приходилось вот так вот загонять очередную жертву?
Ветер переменился, подул с северо-запада, и Ястреб решительно остановился, прислушиваясь.
Осенний лес жил своей собственной жизнью, не обращая никакого внимания на троих анбу. Где-то неподалеку негромко цокала белка, внизу в густой траве шуршали куропатки, в широком ручье чуть впереди плескала рыба.
- Эй, уйдет ведь! - досадливо окликнула Рысь, обернувшись через плечо.
Ястреб почти слышал, как быстро бьется ее сердце. Подавив усталый вздох, он чуть качнул головой:
- Цель изменила направление. Если раньше он спешил к границе, то теперь свернул на запад и двинулся по воде.
Рысь взъерошила свои короткие черные волосы и упрямо протянула:
- Но я чувствую чье-то присутствие впереди!
Ястреб закатил глаза, проклиная день и час своего повышения в должности. И почему женщинам всегда нужно поспорить в самый неподходящий момент?!
- Быть может, клон? - задумчиво предположил Лис, подбрасывая на ладони сюрикен.
Рысь взглянула на него, помедлила пару секунд, а потом стремительно развернулась, спрыгнула вниз и устремилась вперед прямо по руслу ручья.
Ястреб привычно вздохнул и, тоже спрыгнув на землю, бросился следом по берегу: мочить ноги у него не было никакого желания. Лис продолжил путь по деревьям.
Чутье Ястреба не подвело: меньше чем через десять минут они настигли свою цель. Шиноби Камня, высокий жилистый мужчина лет сорока, видимо, рассчитывал запутать следы, двинувшись по теченью ручья. Откуда ему было знать, что Рысь в совершенстве владеет чакрой Воды?
Ястребу и Лису даже не пришлось ничего делать. Вода молниеносно превратилась в лед, сковав ноги беглеца, и в следующее мгновение Рысь, высоко подпрыгнув, обрушилась на него сверху. Первый удар камневик все же сумел блокировать, но девушка выхватила кунай левой рукой и полоснула противника по горлу.
Тяжелое тело грузно завалилось на спину, рассеяв вокруг тучу брызг – лед мгновенно растаял.
Рысь всегда настигает жертву первой.
Ястреб досадливо поморщился и приблизился к девушке, тщательно вытиравшей оружие о воротник жилетки трупа.
- Теперь он мокрый насквозь, - заметил Ястреб, окинув недавнего беглеца брезгливым взглядом. Невыразительное мрачное лицо с тяжелыми веками, на котором застыло раздраженное удивление, форменный грязно-серый жилет, протектор со знаком Камня на левом плече.
- Да ладно тебе, не ворчи, - беспечно откликнулась Рысь, вылезая на берег и отряхиваясь от воды, как кошка.
Ястреб пристально посмотрел на нее, потом перевел невеселый взгляд на ручей. Похоже, намочить ноги все же придется.
- Помоги, - бросил он Лису.
Тот душераздирающе вздохнул, но все же подчинился. Вдвоем они вытащили труп на берег, после чего Ястреб принялся обшаривать его карманы.
Как и следовало ожидать, там не обнаружилось ничего интересного: пара взрывных печатей, несколько сюрикенов и черствая рисовая лепешка – видимо, несостоявшийся ужин беглеца.
Лис вдруг негромко, но витиевато выругался. Заметив, что привлек внимание остальных, он шумно вздохнул и показал крошечное пятнышко крови на своей жилетке.
- Хотел бы я знать, какой кретин придумал сделать их белыми, - обиженно протянул Лис. - Это ведь самый маркий цвет! А грязная униформа выглядит безобразно.
Рысь негромко фыркнула, поправляя перевязь с катаной:
- Ничего ты не понимаешь в символике! Черный и белый – это ведь цвета жизни и смерти, цвета радости и горя! Между прочим, у анбу Конохи самая стильная униформа, - девушка смахнула с плеча воображаемую пылинку. - Видела я как-то раз анбу Тумана – такой костюм, как у них, приличному шиноби надеть стыдно!
Ястреб устало потер шею и вмешался в спор:
- Может, вы соблаговолите все же помочь мне – вместо того чтоб обсуждать такие бесполезные вещи?
- А что, мы куда-то торопимся? - искренне изумился Лис. - И потом, командир, сейчас ведь твой ход! - и он широким жестом указал на труп.
Ястреб пристально посмотрел на подчиненного, уверенный, что под маской этот хитромордый засранец довольно ухмыляется. Но и не поспоришь ведь... Передернув плечами, он извлек несколько взрывных печатей, окинул труп оценивающим взглядом и прибавил еще парочку самовоспламеняющихся свитков. Пришлось повозиться, но в итоге от тела осталась только горстка пепла и выжженный участок в желтой осенней траве.
- Эх, люблю смотреть, как ты работаешь, командир, - почти мечтательно протянул Лис, поигрывая длинной прядью.
Ястреб привычно его проигнорировал.
Рысь сдвинула маску набок и, улыбаясь, глубоко вдохнула разреженный осенний воздух. Потом протянула руку и поймала на ладонь опавший лист, похожий на крупную красно-рыжую бабочку.
- Красиво здесь, - выдохнула Рысь.
Ястреб какое-то время смотрел на нее, не в силах отделаться от воспоминания, как пару минут назад эта тонкая невысокая девушка с игривой легкостью перерезала горло опытному воину.
- Все-таки идиот он был, - почти сочувственно заметил Лис, глядя на выжженное место в траве.
- Смертник, - поправил его Ястреб. - Все равно от него узнали все, что смогли, и завтра собирались пустить в расход. Впрочем, они там в отделе допросов тоже хороши: упустить вражеского шпиона...
- Нууу, Ибики-сан уехал, так что неудивительно, что ребята малость расслабились без шефа, - заметила Рысь, пожав плечами.
Ястреб потер висок, чувствуя приближение головной боли. Безответственность – она и есть безответственность. Ее ничто не оправдывает. Однако в данный момент главное, что они свою миссию благополучно выполнили.
- Ладно, возвращаемся, - наконец скомандовал он.
Обычный человек получает посредством зрения почти девяносто процентов информации об окружающем мире.
Для шиноби этот порог иногда может быть снижен до восьмидесяти и даже семидесяти процентов – при учете особых клановых способностей вроде чрезвычайно острого слуха или тонкого обоняния.
Ичиро никогда не любил осень. Даже несмотря на то, что это время считалось счастливым для всей его семьи. Впрочем, зиму он тоже не любил. Если уж на то пошло, Ичиро вообще не жаловал ни одно время года, и еще меньше ему нравилась их постоянная смена, на которую его организм всегда реагировал простудами разной степени тяжести. Но – увы и ах – повлиять на природу не в силах отдельно взятого шиноби, так что приходится терпеть. И по возможности, если нет миссий, не выходить из дому в дождь и холод.
Ичиро посмотрел на небо, затянутое ровным слоем грязно-серых туч, поправил очки, поудобнее перехватил папку с бумагами и, вздохнув для храбрости, шагнул на порог родного дома.
Все надежды незамеченным добраться до своей комнаты сразу же пошли прахом: мать, очевидно, давно ожидавшая возвращения сына в прихожей, бросилась к нему с распростертыми объятьями.
- Милый, ну наконец-то, наконец-то, а то я уже начала волноваться! - запричитала она, крепко обхватив его руками за пояс и ищуще заглядывая ему в глаза снизу вверх. - Я так переживала, ах, ты ведь знаешь, я всегда переживаю, ты ведь у нас единственный, единственная моя радость... Не слушай отца, он не со зла, он...
- Канон, - строго окликнул отец, появляясь в дверях.
Мать мгновенно замолчала, стушевалась и опустила взгляд.
Ичиро с трудом подавил очередной вздох, осторожно отстранил мать, вновь поразившись тому, какая она маленькая и хрупкая. Он легко мог бы увернуться, избежать этих ежедневных проявлений суматошной любвеобильности, но... Он не имел права ее обижать.
- Успокойся, мама, - негромко произнес Ичиро и прямо посмотрел в глаза отца.
Аканэ Нори, сорокашестилетний глава некогда прославленного, а теперь почти угасшего клана, спецдзенин в отставке, сурово нахмурился, скрестив руки на груди.
- Сын, - мрачно начал он, - я недоволен тобой.
Ичиро ничего не ответил. Впрочем, похоже, он него и не ожидали ответа... Эти слова не стали для него сюрпризом, он даже знал, что последует дальше, и приготовился молча слушать.
- Более того, я разочарован, - заявил отец, и его не потерявшие с возрастом яркость темно-синие глаза грозно сверкнули. - Наш род долгие годы славился своими воинами, в совершенстве овладевшими силой Огня. Все в роду становились шиноби высшего ранга и преданно служили своей деревне. И что же я вижу на старости лет?! Ты, мой старший сын, мой единственный сын – до сих пор в ранге чуунина! - он на мгновение умолк, словно задохнувшись от горечи, после холодно продолжил. - Я в твоем возрасте уже давно был повышен до спецдзенина и выполнял в одиночку сложнейшие миссии. А ты!.. Что я узнаю сегодня от старого приятеля? Тебя, единственную надежду клана Аканэ, отправляют лишь на миссии не выше ранга С!..
Отец замолчал, воздев руку к потолку. Мать приглушенно ахнула, явно с трудом удерживаясь от рыданий.
Ичиро, остановившись на ста сорока двух, прекратил мысленный подсчет красно-белых баранов, скакавших через воображаемый забор, снял очки, аккуратно протер стекла носовым платком, снова надел, кивнул матери и молча двинулся к лестнице на второй этаж.
Буря не замедлила разразиться.
- Да как ты смеешь меня игнорировать?! - взвыл отец, выкатив глаза из орбит и едва не задыхаясь.
Ичиро поморщился от головной боли, сообщил:
- Я не буду ужинать, - и скрылся в своей комнате.
- Да ты и не имеешь права ни на какой ужин, ты, ничтожный трус!!! - донесся с первого этажа разъяренный рев.
Ичиро запер дверь изнутри и устало привалился к ней спиной.
Какого демона?! Ему уже двадцать четыре года! Он совершенно самостоятельный взрослый человек и давным-давно мог бы снять отдельную квартиру, но продолжает жить в родовом поместье, только чтобы не беспокоить мать и не вредить этим ее слабому здоровью. Так почему он обязан едва ли не каждую неделю покорно выслушивать подобные обвинения и проникаться тем, какой он позор клана и вообще ничтожество?..
Так, ладно, не время для семейных разборок и философских размышлений.
Ичиро еще раз внимательно просмотрел бумаги, убедился, что выучил их до последней строчки, и, создав на ладони небольшой, но сильный язычок пламени, сжег все документы, ссыпав пепел в курильницу для благовоний. Потом подхватил еще с утра приготовленный сверток и привычно выскользнул в окно.
На то, чтобы достичь условленного места, ушло минут десять: Ичиро побежал по крышам, выбрав традиционный для шиноби способ перемещения, и тем самым изрядно сократил путь. За то время, что он провел в помещении, тучи изрядно поредели, и сквозь них на землю струились светло-желтые солнечные лучи.
Убедившись, что за ним никто не следит и вообще поблизости не наблюдается никого живого (кроме разве что пригревшейся на солнце бродячей кошки), Ичиро сменил водолазку и жилет. Спрятав одежду в тайник, он чуть помедлил и все же снял очки, аккуратно убрав их в футляр.
Мир вокруг мгновенно утратил четкость, расползся беспорядочными цветными пятнами света и тени. Ичиро закрыл глаза, пару раз медленно глубоко вдохнул и выдохнул. Однако прежде, чем он успел надеть маску, его слух уловил осторожный звук крадущихся шагов, почти неразличимый в шуме ветра и шорохе листвы. Ичиро замер.
Через мгновение за спиной послышалось тихое дыхание, а потом чьи-то холодные ладони закрыли ему глаза, и знакомый голос хрипловато шепнул в самое ухо:
- Угадай, кто.
Ичиро большого труда стоило не вздрогнуть.
- Хикару, убери руки, - ровным голосом произнес он. - Я не раз просил, чтобы ты так не делал.
- Да ну тебя, - обиженно буркнул товарищ по команде, однако все же отошел на шаг. - Совсем не понимаешь шуток...
Хикару душераздирающе вздохнул, накручивая на палец длинную черную прядь. Заметив пристальный взгляд собеседника, он манерно похлопал ресницами, густыми и угольно-черными, прекрасно зная, как это раздражает Ичиро. Тот приказал себе успокоиться и не реагировать, наконец надел маску и устало спросил:
- Где твоя сестра?
- Листики собирает, - невозмутимо сообщил Хикару, потом сунул в рот заколку и, распустив волосы, перезаколол их в высокий хвост, чтобы не мешались.
Ичиро с трудом подавил желание хлопнуть себя по лбу и снова принялся мысленно считать баранов. Красно-белых, в масках анбу.
- О, а вот и Хика-чан! - весело воскликнул Хикару при виде сестры, появившейся из леса.
Та и вправду несла в руках большой букет ярко-разноцветных кленовых листьев. При виде товарищей по команде девушка улыбнулась и, приблизившись, бесцеремонно пихнула букет Ичиро.
- Держи, тебе они больше подходят! - словно в подтверждение своих слов, она больно дернула его за челку. - И вообще, с твоей ярко-рыжей шевелюрой тебе бы куда больше подошло имя Лис, чем моему братцу!
Отреагировать Ичиро не успел – его опередил Хикару.
- Хика-чан, это подло с твоей стороны! - обиженно воскликнул он.
- Ну что я могу поделать, если это правда, Хика-чан, - развела руками Хикари.
Ичиро пару секунд непонимающе смотрел на дурацкие кленовые листья в своих руках, потом, не зная, что еще с ними делать, пихнул их в тайник, выпрямился и начал:
- Ладно...
Однако договорить ему не дали.
- Да-да, мы прекрасно знаем... - начал Хикару.
- ...что ты сейчас скажешь… - продолжила Хикари.
- …что пора заканчивать бесполезный треп...
- ...и выдвигаться...
- ...иначе мы не успеем завершить все вовремя...
- ...а проваленная миссия нужна нам меньше всего!
Почти позабытая Ичиро бродячая кошка поднялась со своего места, вальяжно потянулась и, гордо задрав хвост, словно вымпел, неспешно двинулась прочь. Ичиро проводил ее задумчивым взглядом, потом посмотрел на безмятежно спокойное лицо Хикари и лукаво-хитрую физиономию Хикару. Две совершенно одинаковые пары серых глаз взирали на него с преувеличенным вниманием.
Ичиро вздохнул, сунул футляр с очками за пазуху и жестом велел выдвигаться, уже в который раз за последние четырнадцать лет своей жизни подумав, что только близнецы могут быть такими непохожими и одинаковыми одновременно.
Самое первое правило анбу заключается в том, что воин анбу не имеет права показывать свое лицо и называть свое настоящее имя никому, кроме Хокаге – даже товарищам по команде.
Вряд ли стоит удивляться, что именно это правило нарушают чаще всего.
В обычной жизни анбу являются рядовыми дзенинами и чуунинами и держат в тайне свой истинный ранг даже от ближайших родственников и друзей. Все это сделано для того, чтобы уменьшить риск и сохранить анонимность войск особого реагирования. В качестве прикрытия в свободное от миссий время анбу либо служат в Штабе, либо помогают в экзаменационном корпусе или же выполняют миссии низших рангов.
Но на практике члены одной команды обычно знают имена и лица друг друга, а также тесно общаются вне миссий. С одной стороны, это создает определенную опасность: попав в плен, воин анбу может выдать своих товарищей. Но с другой стороны, это укрепляет дружеские связи внутри отрядов и тем самым повышает их эффективность в бою. Так что офицеры не препятствуют подобному ограниченному раскрытию инкогнито рядовых воинов, но пристально следят за совместимостью своих подчиненных и тем, чтобы тайна не выходила за пределы отрядов.
Небольшой костер, разведенный из сухих веток, негромко потрескивал, время от времени выстреливая вверх редкими белыми искрами. Конечно, разводить огонь – верный способ выдать свое присутствие... Но, во-первых, они находились на нейтральной территории, а во-вторых, земля была уже слишком холодной и сырой, чтобы спокойно спать на ней без риска подхватить какую-нибудь мерзкую болячку. В конце концов, даже шиноби высших рангов подвержены простуде.
Ичиро вызвался дежурить первым. Близнецы натащили из леса еловых веток и устроили импровизированное ложе, которое застелили плащами.
- Хика-чан, сыграй нам колыбельную, а? - попросил Хикару, моляще сложив руки на груди.
Хикари в ответ широко зевнула, изящно прикрыв рот ладошкой.
- Отстань, братик, я спать хочу, - сонно пробормотала она и, улегшись, с головой накрылась плащом Ичиро.
Хикару обиженно вздохнул, примерно с минуту уныло побродил вокруг костра, а потом уселся на бревно рядом с Ичиро, задумчиво вертя в руках свою маску.
Аканэ покосился на него, недовольно дернул уголком губ и ровно проговорил:
- Вообще-то, по уставу во время миссий снимать маски запрещено.
Хикару одарил его изумленным взглядом, потом пренебрежительно фыркнул.
- Да ладно тебе, не занудствуй! Кто может нас здесь увидеть? - он беспечно пожал плечами, а потом бесцеремонно сорвал маску с Ичиро.
Тот замер, закрыл мгновенно заслезившиеся от яркого света глаза.
Нет, он не будет реагировать на эту наглую выходку. Он не позволит вывести себя из равновесия и устроить хитромордому придурку веселое развлечение.
Ичиро медленно выдохнул, достал из внутреннего кармана жилета очки, надел их и только после этого взглянул на собеседника. Хикару невинно улыбался, как ни в чем не бывало, потом демонстративно принялся жонглировать обеими масками.
Костер громко щелкнул, выстрелив в небо очередным снопом искр. Хикари перевернулась на другой бок, зашуршав ветками. Ичиро задумчиво посмотрел на нее, потом произнес:
- Шел бы ты тоже спать. А то будешь завтра, как сонная муха – учти, заставлю дежурить полный срок.
- Да, да, конечно, - отмахнулся Хикару, явно думая о чем-то другом. - Я сейчас все равно не засну, так что лучше посижу немного с тобой... Что ж ты все-таки за Ястреб с таким зрением фиговым! - внезапно заявил он в притворном удивлении.
Ичиро раздраженно скрипнул зубами, однако ответил совершенно спокойно:
- При учете твоей неуклюжести Лис из тебя тоже фиговый.
Хикару озадаченно моргнул, потом со вздохом развел руками:
- Ну что поделаешь, если после того давнего удара по голове у меня начались серьезные проблемы с вестибулярным аппаратом!
Ичиро несколько секунд смотрел в его честные глаза, потом громко хмыкнул и отвернулся.
Не хотелось признаваться самому себе, но, пожалуй, он сегодня почти забеспокоился, когда во время перехода Хикару вдруг сорвался с ветки и полетел вниз. Хорошо хоть, этому придурку хватило ума поспешно применить какое-то дзюцу Земли, так что он рухнул не на камни, а в густое переплетение тонких ветвей. Сверху он был похож на муху в паутине.
- Знаешь, - вдруг заговорил Хикару, отогнав от Ичиро слишком яркое воспоминание, - иногда я жалею, что мы не две сестры.
Аканэ непонимающе моргнул, проследил за взглядом собеседника. Тот смотрел на Хикари, и лицо его было непривычно серьезным.
- В смысле? - осторожно уточнил Ичиро.
Хикару прикрыл глаза, отчего на его щеки упала ровная четкая тень от ресниц.
- Понимаешь, если б мы были сестрами, нам не пришлось бы разлучаться: мы могли бы выйти замуж за одного человека. Во всяком случае, в древности с сестрами-близняшками поступали именно так.
Ичиро замер, переваривая услышанное. Он никак не мог сообразить, какой реакции от него ожидают.
Ничего себе заявление...
- А если бы вас было два брата? - наконец спросил Аканэ.
Хикару перевел взгляд куда-то во тьму за пределами круга света от костра.
- В древности, - медленно проговорил он, - старший из близнецов становился наследником, а младший – его тенью и неотлучным слугой.
Ичиро взъерошил волосы себе на затылке. Этого было для него новостью.
- Ну а как в древности, - он намеренно выделил это слово, - поступали, когда рождались двойняшки – брат и сестра?
Хикару шумно вздохнул, потом пожал плечами:
- В том-то и дело, что я не знаю, - немного помолчав, он продолжил все тем же непривычно серьезным тоном. - Больше всего я боюсь, что однажды нам придется расстаться и идти каждому своей дорогой.
Ичиро немного подумал, потом выразительно фыркнул и не отказал себе в удовольствии отвесить товарищу по команде увесистый подзатыльник.
- Кретин, - подытожил он. - Лучше бы боялся, что кого-то из вас могут убить – с вашей безалаберностью и небрежностью это более чем возможно. А отвечать, между прочим, придется мне.
Хикару ойкнул, потер пострадавший затылок, изумленно глядя на Ичиро, а потом вдруг ухмыльнулся.
- Спасибо, - сказал он и поднялся на ноги, с хрустом потянувшись. - Ну ладно, я спать!
Аканэ снова фыркнул и перевел взгляд на костер. И за что только ему, ответственному и исполнительному шиноби с большим потенциалом, достались такие подчиненные?
- Эй, командир, - вдруг снова подал голос уже успевший улечься Хикару, - а ты никогда не задумывался над тем, что из нас получился отряд настоящих хищников? Ястреб, Лис и Рысь... Прям как на подбор!
- Ты собирался спать, - холодно откликнулся Аканэ.
Хикару обиженно вздохнул и отвернулся, обняв сестру.
Несколько минут Ичиро неподвижно смотрел на языки пламени, с трудом подавив искушение сунуть в них руку. Потом снял очки и потер переносицу, стараясь ни о чем не думать. Получалось плохо.
Он никогда не говорил близнецам, что сначала ему предложили кодовое имя Волк.
Ичиро резко выдохнул сквозь стиснутые зубы и закрыл ладонью правый глаз. Старые шрамы были все такими же четкими на ощупь. Четыре вертикальные царапины, пересекшие лоб, бровь, веко и щеку. Он тогда чудом не остался без глаза... впрочем, нерв все равно был поврежден.
Аканэ Ичиро ненавидел волков. Потому что именно волки холодной зимой семнадцать лет назад загрызли его младшую сестру и едва не лишили зрения его самого. Из-за удара тяжелой волчьей лапой прямо по лицу и общего стресса зрение Ичиро стремительно упало почти на недопустимо низкий уровень, медикам с трудом удалось зафиксировать его и предотвратить дальнейшее падение...
Но Ичиро с радостью отдал бы оба глаза и всю голову целиком – лишь бы только малышка Акеми была жива.
Он скрипнул зубами, с трудом проглотив неприятно царапавший горло ком.
Ичи-ро... «первый сын»... Какая ирония. Отец всегда мечтал иметь много детей, именно поэтому дал своему первенцу такое имя. Однако младший брат Ичиро умер от болезни, когда ему было всего несколько месяцев, а четырехлетнюю Акеми растерзали обезумевшие от голода лесные твари... И мать больше не могла родить – медики сказали, что это будет слишком опасно для ее слабого здоровья.
Ичиро оказался старшим братом... и единственным ребенком в семье.
Он не смог спасти свою младшую сестру. Это осознание, эта мысль висела над ним темным облаком все эти годы, заставляла чувствовать себя полным ничтожеством... Нянька не уследила за ей, и Акеми ушла погулять в лес одна – как раз когда жителей деревни предупредили, что не нашедшая пропитания стая волков подошла совсем близко к стенам Конохи. А Ичиро опоздал, прибежал слишком поздно и только едва не погиб сам.
Иногда он жалел, что все-таки выжил. Но когда верх брала рациональная часть его сознания, он пытался убедить себя, что так может принести пользу остальным... а сдохнуть успеет всегда.
Ичиро никогда не рассказывал об этом своим товарищам по команде. К чему это знать беспечным солнечным близнецам с одним именем на двоих?
Беспечным близнецам – последним выжившим из своего клана...
Ичиро раздраженно потер лицо ладонями и надел очки. Он слишком много думает.
Видимо, как раз из-за того, что он запутался в собственных воспоминаниях, Аканэ не услышал вовремя осторожных шагов.
Чужие руки обняли его сзади за шею, и хитрый голос негромко протянул:
- Командииииир, а я все хотел спросить...
Ичиро вывернулся и отскочил на пару шагов, глухо процедив:
- Хватит! Сколько еще раз я должен тебе повторить, что я не из этих?!
Хикари встревоженно заворочалась, и оба замерли. Девушка устроилась поудобней и снова замерла.
Хикару выдохнул и одарил Ичиро обиженным взглядом:
- Зануда ты все-таки.
Аканэ поправил очки и уже совершенно спокойно осведомился:
- Так что ты хотел спросить?
Хикару моргнул.
- А, это... Да, я давно хотел узнать: как ты нас различаешь?
Ичиро недоверчиво уставился на собеседника.
Он что, даже больший идиот, чем кажется на первый взгляд?..
Близнецы Изуми были невероятно похожи, никто при их виде не сомневался, что это брат и сестра, но в то же время перепутать их казалось невозможным. Конечно, Хикари была по-детски угловатой и, что называется, плоской, а из-за короткой стрижки ее вполне можно было принять за мальчика... Но при этом Хикару, хоть и был тощим и почти женственным, все-таки выглядел мужественнее своей сестры. И вдобавок он носил длинные волосы. Так что понять, что эти двое – близнецы, можно было, только приглядевшись повнимательней и заметив, что у них совершенно одинаковые лица.
Хикару вскинул руки, правильно истолковав скептический взгляд Ичиро:
- Нет-нет, я имею ввиду: как тебе удавалось нас различать раньше, когда мы не хотели, чтобы нас различали?
Костер снова громко щелкнул и дернулся, отчего тени судорожно заметались по поляне.
Аканэ вздохнул и, немного подумав, задал встречный вопрос:
- А почему вы выбрали меня?
Явно не ожидавший подобного Хикару удивленно приоткрыл рот, но быстро пришел в себя и хитро улыбнулся:
- Это секрет!
Ичиро невозмутимо кивнул:
- Вот и у меня секрет.
Как ни странно, Хикару не стал возмущаться, а только хмыкнул и, вернувшись к ложу из веток, снова улегся, демонстративно повернувшись спиной.
Аканэ снова уселся на бревне и продолжил свою сторожевую вахту. На сей раз ему даже почти удалось ни о чем не думать.
В детстве близнецы Изуми действительно были неразличимы. Внешнее сходство усугублялось еще и тем, что они оба были похожи на мальчиков, более того, Хикари даже говорила о себе от мужского лица. Им нравилось дурачить и разыгрывать всех вокруг. Учителя в Академии знали правду, но почему-то молчали, а ученики были свято уверены, что назойливые и раздражающие близнецы Изуми – братья. И, разумеется, никому не удавалось их различать.
Ичиро поступил в Академию не сразу: он долго болел, к тому же, его отправили в госпиталь в призрачной надежде все же восстановить зрение, так что на учебу он вышел только спустя полгода после официального начала занятий, когда класс уже был давно сформирован.
И в первый же день он стал жертвой очередной выходки близнецов.
Казуки-сенсей представил нового ученика классу, Ичиро вежливо поздоровался и прошел к своему месту, которое оказалось как раз рядом с близнецами.
Сначала он обнаружил на своем стуле сюрикен и только чудом не сел на него. Потом куда-то бесследно пропал его заботливо приготовленное мамой бенто – Ичиро мельком видел краешек коробки, торчавший из сумки одного из близнецов: те явно рассчитывали на ссору, но для Аканэ собственное душевное равновесие и спокойствие были куда дороже обеда, так что он этот инцидент проигнорировал. В итоге в самый ответственный момент вместо учебника у него в руках оказалась какая-то дурацкая детская книжка с картинками, и Ичиро едва не попал в весьма неприятную ситуацию – повезло, что он догадался выучить тот параграф о гендзюцу наизусть и смог ответить по памяти.
В конце учебного дня к нему подошли познакомиться несколько мальчишек-одноклассников, и один из них уважительно протянул:
- А ты крут!
Ичиро поправил очки и ответил вопросительным взглядом.
- Ну, эти братья Изуми – они ведь всех достают! Вечно придумывают какие-нибудь шуточки... От них и учителям, и ученикам достается, а общаются они только друг с другом.
- Ага, видимо, считают всех остальных ниже себя! - с готовностью подхватила какая-то девочка. - Такие вредные мальчишки!
- Братья, значит? - задумчиво повторил Ичиро, бросив быстрый взгляд на сидевших на подоконнике и о чем-то шептавшихся близнецов.
На следующий день все повторилось. И через день тоже. И еще через день. Близнецы доставали Ичиро всю неделю, но так и не дождались никакой реакции, так что в итоге переключились на кого-то другого. Аканэ вздохнул спокойно и сосредоточился на учебе.
А потом, примерно месяц спустя, на занятиях по тайдзюцу его поставили в спарринг с одним из близнецов. Ичиро блокировал несколько ударов, после отступил на шаг и к всеобщему удивлению жестом показал, что сдается. А когда учитель спросил, в чем дело, Ичиро скосил на него взгляд и вежливо произнес:
- Казуки-сенсей, если возможно, не могли бы вы поставить меня в пару не с девчонкой?
Можно сказать, это стало его маленькой местью.
Общий потрясенный вздох был ему ответом. И Аканэ был уверен, что навсегда запомнит изумленные серые глаза Хикари и точно такие же изумленные глаза Хикару, взиравшего на их спарринг с трибуны.
И точно также он был уверен, что навсегда запомнит день, когда близнецы впервые с ним заговорили.
Ичиро после окончания занятий шел домой, когда на заднем дворе Академии его остановили несколько старшеклассников. Аканэ не знал этих мальчишек, но, судя по всему, они знали его.
- Гляди-ка, это тот самый очкарик! - издевательски протянул первый.
- А-а, тот самый новичок, которого постоянно ставят нам в пример! - с готовностью подхватил второй.
- Да-да, тот самый, который, несмотря на возраст, делает очень большие успехи в ниндзюцу и тайдзюцу, - кивнул третий, разминая пальцы. - Ну что, может, проверим его навыки?
Ичиро даже не успел ничего сказать.
Все трое напали одновременно. От первых ударов он просто увернулся, следующие несколько блокировал, потом начал атаковать в ответ.
Аканэ никогда раньше не доводилось драться всерьез, тем более с превосходящим противником, поэтому он не учел одно свое слабое место: уже через пару минут драки один из старшеклассников сбил и сломал его очки.
Мир вокруг мгновенно превратился в сплошное размытое цветовое пятно. Рядом мельтешили цветовые пятна поменьше.
Ичиро пропустил несколько ударов, в челюсть и в живот, но потом ему все же удалось сосредоточиться и ориентироваться на слух.
В итоге он смог одолеть двух противников, третий же подкрался сзади... и вдруг почему-то упал.
Аканэ замер, быстро дыша и настороженно щурясь в попытках различить хоть что-нибудь.
Прямо перед ним замерли две невысокие фигуры.
- Эй, Хика-чан, - начал знакомый голос, - а он неплохо дерется!
- Ты прав, Хика-чан, - задумчиво согласился второй. - Тем более если вспомнить, что он почти ничего не видит.
- Но ты ведь простишь нас за то, что мы тебе немного помогли? - уже прямо к Ичиро обратился первый.
- Да, нам просто слишком скучно стало наблюдать и не вмешиваться! - весело согласился второй.
Аканэ все никак не удавалось прийти в себя от изумления. Наконец он поправил волосы, прикрыв челкой правый глаз, и слегка поклонился сначала фигуре слева:
- Спасибо, Хикари-сан, - а потом фигуре справа, - Хикару-кун.
В воздухе повисло изумленное молчание.
Несколько ударов сердца Ичиро стоял неподвижно, пытаясь сообразить, что ему теперь делать, потом близнецы снова заговорили.
- Братик, значит, нам не показалось...
- ...он действительно может нас различать, - Хикару шагнул ближе и весело добавил. - Но ты заметила, Хика-чан, он ставит тебя выше меня!
- Значит, он действительно такой умный, как говорят, - невозмутимо согласилась Хикари и снова обратилась к Ичиро. - Что ты будешь делать теперь?
- Пойду домой, - без промедления ответил Аканэ, настороженно следя за близнецами.
Дома у него были спрятаны запасные очки...
- А ты дорогу-то найдешь? - невинно поинтересовался Хикару.
Ичиро чуть заметно вздрогнул, представив себе путь вслепую, но ответил без колебаний:
- Найду.
- А знаешь, что?! - вдруг воскликнул Хикару, подхватывая его под правую руку.
- Мы тебя проводим! - заявила Хикари, подхватывая его под левую руку.
- Но сначала...
- ...мы пойдем в гости к нам!
- А так как ты ничего не видишь...
- ...то не сможешь потом сам найти дорогу...
- ...и наш дом по-прежнему останется для всех тайной!
- Зато мы покажем тебе...
- ...нашу коллекцию сюрикенов...
- ...и наши цветы в саду...
- ...и вообще будет весело!!! - хором закончили близнецы, потащив свою жертву прочь.
Ичиро осталось только подчиниться.
Он сам не заметил, как сдружился с неугомонными близнецами. Даже более того, со временем они стали единственными в классе, с кем он близко общался. Так что он почти не удивился, когда по окончании Академии Казуки-сенсей при оглашении списка зачитал:
- ...команда номер девять – Изуми Хикару, Изуми Хикари и Аканэ Ичиро! Преподаватель – Минору Шин!
Нет, что вы, Ичиро совсем не удивился. Только спросил, повернувшись к близнецам:
- Ваша работа?
Ответом ему были два невероятно невинных и искренних взгляда.
С самого утра Ичиро проснулся в дурном настроении и с плохим предчувствием. Из года в год день Осеннего равноденствия, считавшийся в Конохе праздником, оказывался для него на редкость неудачным. Ичиро с большим удовольствием накрылся бы одеялом с головой и проспал целый день, но – не судьба. Вчера, после очередного устроенного отцом скандала (на сей раз на тему «Когда ты наконец женишься?! Вот я в твоем возрасте... Славный род Аканэ не должен прерваться на таком бездаре, как ты!!!»), мать опять слегла, и одна из тетушек посоветовала Ичиро сходить на праздничную ярмарку и купить ей каких-нибудь гостинцев.
Солнце светило не по-осеннему ярко, все улицы были усеяны шуршащими рыжими листьями. Детишки носились с криками и хохотом, похищая друг у друга сладости, взрослые, ради праздника нарядившиеся в национальную одежду, вышагивали степенно и важно, беседуя о красоте осенних кленовых листьев. Ичиро мгновенно почувствовал себя чужаком, забредшим в этот мир по ошибке, но, вздохнув, поплелся к торговым рядам – и совершенно неожиданно столкнулся там с Хикари.
В первое мгновение он ее даже не узнал. А во второе решил, что у него опять что-то со зрением.
Хикари была в сиренево-белом шелковом кимоно с крупными бордовыми бабочками, которое необыкновенно шло к ее глазам. Волосы она свернула на затылке в причудливый узел и заколола длинной шпилькой, с конца которой свешивались на цепочке белые ракушки.
Девушка смотрела на него и улыбалась, кокетливо прикрыв рот широким рукавом. Не надо было слыть прославленным мудрецом, чтобы понять: она наслаждается его замешательством.
- А, это... - наконец выдавил Ичиро. - Я не знал, что волосы растут так быстро...
Хикари непонимающе мигнула, потом мелодично рассмеялась:
- Это шиньон, - она отступила на шаг и покружилась перед ним, похожая на яркую экзотическую птицу. - Тебе нравится?
Аканэ еще раз внимательно оглядел ее с ног до головы, потом честно ответил:
- Не знаю.
Хикари вздохнула – как ему показалось, слегка разочарованно – а потом вдруг подхватила его под локоть и повлекла за собой вдоль торговых рядов.
- Пойдем погуляем! - воскликнула она и, на мгновение прильнув к нему, шепнула. - Готова поспорить, что со стороны мы похожи на влюбленную парочку!
Ичиро едва не сбился с шага и неопределенно мотнул головой.
Он только сейчас заметил, что в таком виде Хикари была необыкновенно похожа на Мако.
Они с Мако встречались почти два года, он даже был готов сделать ей предложение... но девушка не выдержала постоянных выходок близнецов, заявила ему, что с такими друзьями он может навсегда забыть о личной жизни, и через несколько месяцев уехала из Конохи. Как потом слышал Ичиро, она вышла замуж за какого-то фермера и уже успела родить ему троих детей...
Аканэ снова мотнул головой, избавляясь от этих назойливых мыслей. Причем здесь его друзья?.. Работа – вот главная причина того, что он больше никак не может завести постоянные отношения. Когда через день рискуешь собственной шкурой, как-то не спешишь жениться... Такими темпами неудивительно будет, если в один прекрасный день все шиноби попросту вымрут.
Хикари что-то весело рассказывала, но Ичиро пропускал все ее слова мимо ушей, тщетно пытаясь понять, что же его тревожит. Чего-то явно не хватало...
- А где Хикару? - спросил он, остановившись посреди дороги.
Близнецы всегда были неразлучны.
Хикари тоже остановилась и посмотрела на него каким-то странным пытливым взглядом. Потом опустила ресницы:
- Хика-чан заболел.
- Заболел? - удивленно переспросил Ичиро.
У него в голове не укладывалось, что этот хитромордый придурок мог заболеть. Да у него стальное здоровье!
И тем не менее в праздник Хикари оказалась на улице одна.
Девушка отпустила его руку и принялась теребить рукав кимоно:
- Ну да... Он остался дома, а я решила сходить сюда, чтобы купить ему чего-нибудь вкусного... Ты ведь знаешь, какой он сладкоежка!
Ичиро молчал, не зная, что ответить. Его мир грозился немедленно обрушиться и погрести его под своими руинами.
Близнецы не должны разлучаться. Они всегда были вместе – в Академии, на миссиях, во время нападения Девятихвостого, во всех битвах и драках, во всех своих бесконечных розыгрышах... Да они, кажется, даже ванную принимали вместе! Ичиро совсем не удивится, если когда-нибудь они влюбятся в одного человека... А теперь, в солнечный праздничный день, они почему-то оказались в разных местах.
Это было не просто неправильно. Это было неестественно.
Аканэ думал недолго. Решительно шагнув к ближайшему лотку со сладостями, он купил мармелад из сладкой фасоли и рисовое печенье, прихватил еще что-то шоколадное и повернулся к Хикари:
- Пойдем.
Девушка одарила его еще одним странным взглядом, радостно улыбнулась и снова подхватила его под руку.
Ичиро вряд ли смог бы сосчитать, сколько раз уже ходил этой дорогой. Дом близнецов порой казался ему более знакомым, чем свой собственный. Сколько там уже прошло лет с того дня, когда он впервые шел сюда вслепую? Неужели целых четырнадцать? Больше половины жизни...
Близнецы уже давно жили одни. Они лишились родителей, когда им было всего три года, и воспитывались теткой. Но во время нападения Девятихвостого погибли все их родственники, и близнецы оказались последними представителями клана Изуми.
Дом внезапно выскочил из-за поворота, как живое существо. Невысокий, сложенный из тяжелых бревен, с ярко-красной черепичной крышей. Перед крыльцом был небольшой дворик, в котором цвели какие-то красочные осенние цветы: близнецы с детства увлекались растениями.
В спальне было тихо и сумрачно. Хикару неподвижно лежал на постели, почти с головой накрывшись одеялом, и, кажется, спал. Ичиро хорошо помнил, как после сдачи экзамена на чуунина (это было спустя год после нападения Девятихвостого) впервые после долгого времени пришел в гости к близнецам и с удивлением обнаружил, что они до сих пор спят в одной кровати. Оба, заметив его вопросительный взгляд, переглянулись и хором наставительно произнесли: «Инцест - это плохо!»
О близнецах Изуми по деревне ходили самые разные слухи, но Аканэ, как никто другой, прекрасно знал, что верить им не стоит.
Ичиро осторожно положил сладости на тумбочку возле кровати. Хикару шевельнулся, сонно пробормотав:
- Хика-чан, ты поиграешь мне на флейте?
- В другой раз, Хика-чан, - мягко ответила Хикари. - Зато смотри, я привела к тебе гостя!
Аканэ все это время молчал, толком не зная, что делать. Какое-то странное чувство не давало покоя.
Хикару приподнялся на локте и закашлялся. Но при виде Ичиро разулыбался:
- Ух ты! Вот уж не думал, что зайдешь меня проведать... - он снова закашлялся и упал на подушку. - Можно попить?
Хикари поспешно подскочила к кровати и налила в стакан воды из стеклянного графина, помогла брату напиться, бережно придерживая его голову. Потом отступила на шаг, покосившись на Аканэ.
За окном весело щебетала какая-то птица.
Ичиро приблизился и положил ладонь на лоб Хикару. Тот замер, широко распахнув глаза и не дыша.
Почти минуту все молчали, потом Аканэ медленно выпрямился, поправляя очки.
- Я не стану спрашивать, чья это была идея, - ровным голосом произнес он, потом, не глядя на Хикару, добавил. - Но сделай одолжение: когда в следующий раз решишь симулировать, вспомни сначала, что я дополнительно учился на медика.
Он посмотрел на Хикари, которая прямо встретила его взгляд, сжав губы в тонкую линию, и вышел, бесшумно прикрыв за собой дверь. Ни один из близнецов не сделал попытки его остановить.
Стоя на пороге и щурясь от слишком ярких солнечных лучей, Ичиро все никак не мог понять, какое из бушевавших в его душе чувств было сильнее – раздражение или горечь.
Как известно, по окончании Академии будущих шиноби распределяют по командам с фиксированным составом: три ученика-генина (два мальчика и одна девочка) и преподаватель-дзенин. Заведенный порядок нарушается очень редко и только в исключительных случаях. Ученики подбираются так, чтобы их способности дополняли и усиливали друг друга. Также преподаватели обычно следят, чтобы в одну команду не попали дети, испытывающие по отношению друг к другу сильные негативные эмоции, и, напротив, стараются не разделять близких друзей.
Генины официально находятся под командованием своего учителя до тех пор, пока не достигнут звания чуунина. После этого команда может продолжить функционировать в прежнем составе, но чаще распадается, и каждый участник идет дальше своим путем. Кому-то удается достичь звания дзенина, кто-то так и остается чуунином. Часто формируются временные команды для исполнения отдельных миссий.
Очень редко случается так, что вся команда (с сенсеем или без) проходит один путь и так и остается командой – до смерти одного или всех участников.
Сны – странная вещь. Целая автономная вселенная в отдельно взятой голове. Медики иногда говорят, что в снах отражаются мысли, которые человек старательно прячет от самого себя. А также в снах подсознание показывает то, что больше всего беспокоит и тревожит.
Ичиро не знал, верить ли, но его сны последнее время были на редкость однообразны. Можно даже сказать, удручающе однообразны. Снились ему исключительно воспоминания о недавнем прошлом – о тех днях, что он провел вместе с Мако... вот только в снах вместо Мако почему-то всякий раз оказывалась Хикари – в сиренево-белом кимоно с крупными бордовыми бабочками. И губы ее были со вкусом мармелада.
Ичиро мотнул головой и с силой помассировал виски. Бред. Да, ему всегда нравились невысокие худые девушки, но Хикари... Хикари была именно другом. Казалось странным даже подумать о возможности чего-то большего...
- Ваш заказ.
На стойке перед ним очутилась исходящая паром миска с лапшой. Аканэ поблагодарил, решительно разломил палочки – и снова задумался.
Он не видел товарищей по команде уже почти неделю. Пожалуй, это был рекорд.
Ичиро не мог понять, почему очередная выходка близнецов, вроде бы, совершенно безобидная на первый взгляд, так сильно его задела. Хотя нет, все он понимал, просто не хотел признаваться – даже самому себе.
Просто он с самого начала прекрасно знал, что есть близнецы – и есть весь остальной мир. Близнецы всегда любили и ценили только друг друга, все окружающие были для них только полезными или бесполезными игрушками. И все эти годы Ичиро боялся, что он сам для них – тоже только не более чем игрушка. Пусть даже любимая, но от этого все равно как-то легче не становилось. Забава, развлечение. Человек, которого можно разыграть и использовать, как всех остальных вокруг.
Ичиро резко выдохнул и наконец принялся за еду. Пользы от этих беспорядочных мыслей все равно не будет, так что – к демону. У него и без того хлопот достаточно.
Вообще-то Аканэ нельзя было назвать завсегдатаем уличных закусочных, и горячим поклонником лапши он тоже не был, но – в Ичираку-рамен по-настоящему велик был шанс пересечься с Умино Ирукой. Ичиро официально был чуунином и в свободное от миссий время работал в Штабе, где приходилось возиться с бесконечной документацией. И сейчас ему как раз нужно было передать несколько свитков Ируке, и заодно уточнить у него кое-что насчет новых сотрудников Штаба: Камизуки Изумо и Хагане Котетсу. Эта парочка перевелась к ним из Архива всего пару недель назад и уже успела поставить весь отдел на уши. А, как слышал Аканэ, Умино был с этими парнями дружен...
Занавеска за его спиной отдернулась, и Ичиро было понадеялся, что его ожиданию конец, однако прозвучавший голос был старчески хриплым и прокуренным:
- Эй, хозяин, два рамена с мисо!
Новый гость плюхнулся на стул рядом с Аканэ, и тот, весь похолодев от дурного предчувствия, тоскливо взмолился небу.
Разумеется, небеса его царственно проигнорировали.
Гость развернулся к нему, собираясь что-то сказать, но застыл, изумленно вытаращив глаза, и вдруг взвыл:
- Аканэ, мальчик мой! Как давно мы не виделись!..
- Шин-сенсей, - обреченно выдохнул тот.
Но тут спасение явилось, откуда он совершенно не ждал.
В закусочную с топотом влетели близнецы и хором пропели, как ни в чем не бывало:
- Попался! Игра в прятки окончена!!!
Похоже, с надеждой спокойно поесть можно смело прощаться...
Шин-сенсей, крепкий жилистый мужчина с наполовину седой головой и длинными черными усами, вскочил на ноги и сграбастал Хикару в объятья, торжественно провозгласив:
- Хикари, девочка моя! Как ты выросла и изменилась, какой красавицей стала!..
Ичиро краем глаза отметил, что хозяин закусочной благоразумно ретировался в подсобное помещение.
Хикару захрипел, пытаясь вырваться из удушающей хватки, и с трудом выдавил:
- Вообще-то, я Хикару...
Хикари отскочила от них на безопасное расстояние и заливисто расхохоталась, облокотившись о стойку.
- Да? - недоверчиво переспросил Шин, отодвинул Хикару от себя и бесцеремонно повертел в стороны, как куклу. - А чего тогда на девку так похож? Тощий, бледный, посмотреть не на что... Вон, бери пример с Аканэ: мускулов у него, конечно, тоже маловато, но по крайней мере хотя бы сразу видно, что мужик! - с этими словами сенсей сграбастал в охапку и второго своего ученика.
Ичиро с трудом удержал протяжный стон. Ну ладно, мать... Но почему он должен терпеливо переносить проявления чрезмерной любвеобильности еще и со стороны бывшего учителя?!
Через пару минут Шин наконец выпустил из своих могучих объятий обоих учеников, изрядно помятых и встрепанных. Окинув всю троицу цепким взглядом, задумчиво пожевал ус и взвыл:
- Эй, хозяин, саке! Это надо отметить!!!
Все трое тоскливо переглянулись. Сбежать не представлялось возможным.
Минору Шин несколько лет назад вышел в отставку и заделался фермером в предместьях Конохи. Поговаривали, что он женился, но его ученики в правдивости этих слухов серьезно сомневались и оказались правы: Шин был редкостным бабником, и вряд ли когда-нибудь найдется женщина, способная выдерживать его долго. Сенсей довольно часто приезжал в Коноху, чтобы закупить саке или чтоб продать плоды своей беспорядочной фермерской деятельности. Что Ичиро, что близнецы его старательно избегали: они прекрасно знали, что бывший учитель слишком любит поговорить, а еще отличается чрезмерной склонностью лезть в чужие дела. После нападения Девятихвостого Шин чудом выжил, едва не лишился ноги (с тех пор навсегда охромел) и фактически остался ниндзя только номинально: его отправляли лишь на миссии низших рангов. Однако, несмотря на все свои недостатки, наставником он был превосходным и виртуозно умел обращаться с холодным оружием любых видов. Знания свои он с охотой передал ученикам и не раз с гордостью повторял, что они прекрасная команда и им не хватает только Ветра: сам Шин управлял Молнией.
- ...а помните, в том деле с пещерным медведем! - распинался сенсей, опрокидывая очередную чарку саке. - Вы тогда еще совсем мелкие были. Или когда нас впервые отправили на миссию класса В! Аканэ тогда только-только чуунином стал, - Шин почему-то всегда и всех, за исключением близнецов, называл только по фамилиям. - А уж когда мы попали в страну Ветра...
Ичиро и близнецы согласно кивали в нужных местах, время от времени обмениваясь печальными взглядами.
- Совсем вы меня забыли, - вдруг грозно рявкнул Шин, ударив по столешнице кулаком. - Что, вышел сенсей на пенсию – и все, прощай, больше не нужен, да?! Ну правильно, что пользы от старика... - он раздраженно дернул себя за ус и сурово нахмурился.
- Сенсей, вообще-то, Вам еще и сорока нет, - осторожно заметил Хикару.
- Что Вы, как бы мы могли Вас забыть! - искренне воскликнула Хикари.
- А-эм? - высокоинтеллектуально поддержал беседу Ичиро, нервно поправив очки.
- Молчать! - взвыл Шин, снова ударяя по столу. Потом отвернулся и мрачно проговорил. - Тайны у вас от меня появились... Почему вот например Аканэ до сих пор в чуунинах ходит?!
Все трое быстро переглянулись, не зная, что ответить.
- И вообще, может, я уже внуков наконец понянчить хочу! - вдруг кардинально переменил тему сенсей, сверкнув глазами.
Ичиро от неожиданности едва не свалился со стула.
- К-каких внуков? - слабым голосом уточнил изрядно побледневший Хикару.
- И мы-то здесь причем? - негромко поинтересовалась Хикари, придерживая брата за плечо.
- Как причем?! - искренне изумился Шин. - Вы ведь мне как дети родные!!!
Ичиро хотел было стукнуться лбом о столешницу, но потом пожалел очки.
А он, оказывается, уже успел забыть, что представляет из себя Шин-сенсей...
Пока ученики пытались сообразить, как реагировать, их бывший учитель вдруг без предупреждения вскочил со стула, едва не опрокинув тарелку, и отскочил на пару шагов, пристально глядя на столешницу и делая руками жесты, отгоняющие зло.
Хикари оказалась сообразительнее остальных: нагнувшись к столешнице, она осторожно взяла что-то двумя пальцами, мягко заметив:
- Это всего лишь маленький черный жук...
- Нет-нет-нет! - сенсей округлил глаза и замахал руками быстрее. - Не говори мне ни слова о насекомых!!! Хватает того, что я и так в прошлом месяце случайно столкнулся с Абураме...
Ичиро, не удержавшись, выразительно хмыкнул, поправив очки. Ах вот в чем дело... Минору Шин когда-то состоял в одной команде с Абураме Шиби. Никто не знал, что между ними произошло и почему, но с тех пор единственной вещью, которой почти панически боялся неустрашимый Шин-сенсей, были жуки.
- Я слышал, его сын в будущем году заканчивает Академию, - негромко заметил Аканэ.
Шин заметно вздрогнул.
Хикару хихикнул и, наклонившись к Ичиро, шепнул ему на ухо:
- Какое счастье, что анбу не назначают учителями генинов! - потом он поднялся на ноги и отвесил бывшему учителю преувеличенно вежливый поклон. - Сенсей, мы были счастливы видеть Вас, но, к сожалению, нам пора. Приезжайте еще!
В следующее мгновение близнецы подскочили к Ичиро, Хикару справа, Хикари слева, как когда-то давно в детстве, подхватили его под руки и потащили прочь. Вслед им неслись разочарованные вопли Шин-сенсея.
Через пару кварталов близнецы наконец отпустили Аканэ и замерли перед ним, заглядывая ему в глаза с одинаково умильным выражением на лицах.
- Ты ведь больше не злишься на нас? - хором жалобно спросили они.
Ичиро поправил очки, развел руками и философски вздохнул:
- А смысл?
Он совсем не ожидал, что в ответ эта парочка полезет обниматься.
Для отрядов анбу не существует строго фиксированного числа участников. Как правило, это четыре человека – командир и трое рядовых – но также может быть и пять, и три, и даже всего два.
Все зависит от индивидуальной совместимости входящих в отряд шиноби. А также от того, насколько везучи они окажутся и как долго смогут оставаться в живых.
продолжение в комментариях